Архив метки: анализ

Негативный позитив


Наблюдая за последними передвыборными кампаниями, не сложно заметить, что чем ближе к выборами, тем сильнее становится «противная» риторика.

Пара-тройка примеров.

Заявление Мита Ромни о том, что Иран получит ядерное оружие, если Барак Обама будет переизбран. А вот такие авторитетные обозреватели, как Пол Кругман, негативно оценивает не только заявления, но и личность Мита Ромни.

Во Франции, несмотря на как бы конструктивный подход, как пишет Леся Парно, тоже будет использована технология противостояния.

И даже такой, казалось бы на первый взгляд не политический, референду в Латвии тоже оказался голосованием «против».

Что же, если вспомнить о России, то там эту технологию используют не только противиники Владимира Путина, но и его сторонники.

Об Украине и говорить не стоит, так как что-либо созидательное найти будет невероятно сложно.

В общем, как показывает история, можно найти очень мало примеров, когда идея «за» выступала в роли катализатора консолидации, или хотя бы мотивом для голосования. В остальных случаях (тех 99%), фактором объединения выступала именно негативная идентичность. Которая, к слову, счиатется абсурдом в науке логике.

Как это не прискорбно, стоит признать, что пока что 2012 год не демонстрирует каких-либо признаков для преодаление этого тренда. Можно, конечно, вспомнить, что все природоохранные и социально-экономические движения начинались, как негативисткие.

Но с процессом созидания это, увы, парактически не связано.

Реклама

Операция «Зомбоящикация»


В прошлый раз я уже сделал попытку анализа политического процесса, используя методологию не линейных процессов. Так как это направление мне кажется перспективным, предлагаю взглянуть на последние события сквозь эту призму. Закрытие Ex.ua всполошило Интернет – ведь был закрыт не просто пиратский сайт, но и ресурс на котором хранилась информация частного, легального характера. Кроме того, представители ресурса заявляли о готовности перейти на легальную основу. Так контент, который нарушал авторские права блокировался. К тому же, правообладатели находили общий язык с представителями ресурса.

За что мы платим?

Как верно отметил Дмитрий Золотухин, закрытие файлообменных сервисов в Украине – это достаточно не однозначное событие. С одной стороны, я являюсь сторонником открытого доступа информации, а с другой – понимаю, что интеллектуальный труд должен быть оплачен. Кроме того, согласно современной маркетинговой парадигме, мы платим не столько за сам продукт, сколько за его, казалось бы, «побочные качества». Так, мы платим не за чай, а за его вкус; не за машину, а за ее марку; не за пиджак, а его соответствие моде; не за фильм, а эмоции, которые он нам приносит. Получается, основной проблемой становится контент и его качество.

Кому мы платим?

В вопросе платы за контент существует множество ответов. Мне лично нравится два – позиция, которую высказал в интервью Александр Положинский и предложение Apple. Казалось бы, если мы покупаем авторский продукт, то он должен идти непосредственно автору, как в случае с музыкальной группой. Но кто же получает деньги в случае трансляции продукта в кинотеатре, онлайн-кинотеатре или по телевизору?

В последнем случае, можем говорить о том, что авторские права учтены в стоимости билета или доступа. Создается фильм, раскручивается, но перед нами остается выбор смотреть (сколько раз) или нет. Кроме того, при множестве фильмов остается конкуренция за зрителя, как между кинотеатрами, так и между создателями фильма. Статуэтки, ветви и медведи создают дополнительную стоимость продукту, тем самым ориентируя зрителя. Правда, процесс создание фильма – довольно долгий, так что вряд ли удастся посмотреть каждый день новый фильм.

На помощь должно было прийти телевиденье, которое готово предоставлять продукт каждый день, 24 часа в сутки. В конкуренции за зрителя и рейтинги (не сборы, но реклама) телеканалы производят свой контент или же закупают, транслируют фильмы или сериалы. В общем, пытаются остаться на плаву в борьбе за влияние на аудиторию, и, собственно, деньги.

Да, телевиденье поглотило не рабочее время миллионов.

Цензура или лишение свободы?

Именно за это время и ведется ожесточенная борьба. Эфирное время оценивается в сотнях и тысячах (в зависимости от охвата аудитории), маркетологи и медиапланеры судорожно считают охват и целевые аудитории.

Рыночная парадигма, как продукт либеральной идеологии, делает свободной конкуренцию, при условии соблюдения всеми членами сообщества правил игры. В принципы, именно об этом говорил Адам Смит, когда писал о «невидимой руке рынка».

Впрочем, живя в Украине, приходится усомнится в том, что рыночные правила у нас работают, а тем более в том, что медиа (печатные, онлайн и телевиденье) работают в соответствии с рыночными принципами.

Несоответствие запросов аудитории и того, что предлагают телеканалы – собственно не качественный контент – привело к резкому падению популярности телевиденья и росту Интернет-аудитории, как альтернативному источнику информации. Интернет, который зарождался на основе либеральных свобод, стал убежищем для тех, кто не хотел стать объектом вертикального программирования.

Авторское и «другое» кино могло бы отвечать потребностям этой аудитории, если бы не одно «но» – цензура в кинопрокате. Так, цензура – это не только способ обезопасить человека от пагубного влияния, но это так же и мощное оружие ограничения и подавления свободы.

При чем здесь файлообменники?

Вернемся к нелинейным стратегиям. Не сложно согласиться, что качественного контента на телевидение практически нет. Даже если он и появляется, как фильм «Хроніки від Фортінбраса», или же более-менее качественные сериалы, они транслируются очень поздно. Это несомненно ограничивает аудиторию. Зато политические шоу идут в прайм-тайм. Также не сложно согласится, что цена качественной продукции не всем была бы доступной.

Так что, файлообменники, при относительной недорогом доступе к Интернету, – это убежище для большого числа людей. Ведь ответить на вопрос когда выйдет и выйдет ли «Черное зеркало», «Босс», или же подобный продукт на украинском телевиденье – довольно сложно.

Итак, мы наблюдаем тенденцию к сокращению аудитории телевиденья, что усложняет процесс манипулирования сознанием. После закрытия доступа к убежищу, что сделает эта аудитория? Скорее всего, большая часть, будет искать альтернативные источники. К примеру, как это было в РФ с torrents.ru. Другая же – вернется к телепродукту.

Я не говорю об эффективности – ведь арендовать сервер где-нибудь в Гондурасе весьма не сложно – скорее о мотивах поступка.

А теперь буквально последний штрих – помните, как в период избирательной кампании прошел слух о том, что Ю. Тимошенко закроет многими любимый «Вконтакте» и другие ресурсы. Сообщение Александра Чаленко о закрытии Ex.ua по просьбе депутатов из БЮТ ничего не напоминает? То-то же.

Что же остаются делать? А давайте просто читать книги,ходить в театры и музеи! И, конечно же, защищать кинотеатры, которые осмеливаются представлять интеллектуальное кино. В целом, не важно кто примет какое решение, главное – чтобы никто не смог отнять право выбора и  отстоять право на качественный контент. А симметричным будет ответ, или нет – совершенно другой вопрос. Но во Франции с пиратством борются совершенно по-другому, впрочем и уровень жизни как и другие свободы во Франции тоже другие.

PR versus СМИ


Почти месяц назад в кругу профессионалов возник вопрос: а существует ли ответ PR на не желание СМИ публиковать название компаний при освещении событий или комментариев?  Также этот вопрос был поднят не только PR-специалистами, но и в журналистской среде.

Таким образом, следует признать, что на сегодняшний день адекватного ответа со стороны PR-сообщества на этот вызов нет. Поэтому для нас является важным не только заявить о необходимости постановки этого вопроса, но и предоставить соответствующие решения. Несомненно, представленный ниже вариант не может считаться эталоном, но я надеюсь что он станет началом дискуссии по усовершенствованию PR-инструментария.

Исходя из условий работы, предлагаю следующую стратегию решения PR-задач:

1. Начало непосредственной коммуникационной кампании должно быть оттянуто во времени.

Речь идет о том, что в новых условиях подготовительной работе должно быть уделено намного больше внимание, чем это было принято раньше. Особенно важным на данном этапе является — определение основных каналов и форм коммуникации, а также определение основных направлений и ответственных лиц.

2.  Основной ресурс — «лица коммуникации».

Своеобразным завершением подготовительного этапа и началом активной фазы коммуникации является работа со спикерами. Необходимо не только определить ответственных за коммуникацию, но и также провести соответствующие медиа-тренинги. Также в рамках этого этапа начинается активация коммуникационных платформ спикеров, которые были подготовлены в предыдущем этапе. В первую очередь речь идет о контактах с журналистами из профильных для отрасли изданий, подготовка пресс-кита, площадок на социальных медиа.

«Лица коммуникации» — это не просто показатель открытости организации. Это полноценный коммуникационный канал, который позволяет не только донести ключевые сообщения целевым аудиториям, но и является «рупором» бренда. Кроме того, спикеры являются важной составляющей антропоморфизации бренда.

3. Продвижение интеллектуальных продуктов.

Активизировав спикеров, можно переходить к следующему этапу — продуцированию контента. Задачей спикеров является не только комментарии к событиям организации, отрасли или общей ситуации. Теперь же, их основная задача — это создание и распространения интеллектуальных продуктов, а именно: статей, аналитических обзоров, заметок и других авторских материалов. Основная задача, которую необходимо достичь на данном этапе — установить четкие ассоциативные связи между конкретными персонами и качествами бренда. При этом, необходимо помнить о достижении синергетического эффекта продвижения.

Не смотря на то, что создается отдельными лицами, — правом интеллектуальной собственности обладает бренд. Таким образом, коммуникация нацелена на брендирование контента. Это название по моему мнению лучше отражает сущность процесса, нежели понятие «брендированная журналистика» (Brand Journalism).

4. Интеграция коммуникации.

Завершающим этапом выступают интегративные решения коммуникации, позволяющие создать целостный образ как коммуникационной кампании, так и бренда. Этот этап с одной стороны является заключительным, а с другой — позволяет проверить и при необходимости скорректировать информационную политику бренда.

Отмечу, что успешное завершение коммуникационной кампании по продвижению бренда будет считаться выполнение следующих условий:

— Активная циркуляция спикеров в информационном пространстве, а также наличие стойкой ассоциативной связи между спикером и представляемым им брендом (задача решается с помощью специальных мероприятий, а также публикаций рекламного характера).

— Популярность коммуникационных платформ бренда в социальных медиа (SMM- и didgital-решения).

— Трансляция ключевых сообщений официальными каналами (адаптация веб-сайта, корпоративной прессы, пресс-релизы).

— Циркуляция образов, идей, способов мышления связанных с брендом, а не продуктов (синергия media relations и продуктового маркетинга).

Следует помнить, что каждый из приведенных этапов коммуникационной кампании является необходимым. В то же время, при отсутствии одного из компонентов, не только может снижаться эффективность, но и вся кампания может выйти из под контроля, что приведет к серьезным коммуникационным рискам.

Обсудим

в Facebook

в Google+

Економічна бесіда, або експрес-курс економіки


Ідея викласти цю бесіду з’явилася вже давно, одразу ж після неї. Але в силу різних причин, вона відкладалася. Нарешті, можу представити економічну бесіду, яка має покласти початок циклу сюжетів із різними людьми щодо актуальних проблем сьогодення.

Дякую посту Дмитра Золотухіна за прискорення публікації цієї бесіди. Одразу скажу, що бесіда у багатьох аспектах стала пророчою.

Тож, запрошую до доволі вільної, контроверсійної, можливо упередженої, але дуже цікавої розмови з моїм гарних товаришем – Ярославом Тонконогом  про рейтингові агентства, дефолт, світову кризу, Китай, Україну та політекономію. 

Олексій Харченко (О.Х.): Привіт, Ярослав! Що можеш сказати щодо цієї ініціативи – The Eastern Partnership Community?

Ярослав Тонконог (Я.Т.): Привіт! А що то є за штука, EaP? Вперше чую.

О.Х.: Політика Східного Партнерства ЄС.

Я.Т.: Так не буде ж скоро ЄС.

О.Х.: Вони там уряд вже хочуть впровадити. Президент ЄС, уряд ЄС – країна прямо!

Я.Т.: Хай вони хоч 10 урядів впровадять – у них дисбаланс між боржниками і кредиторами такий, що їм капець всім разом настане.

О.Х.: Ну от – цього мабуть і хочуть!

Я.Т.: Хотіли повісити борги усіх голодранців на німців!

О.Х.: До речі, кажуть, РА можуть знизити рейтинги, якщо Франція та Німеччина будуть продовжувати «рятувати рядового ЄС».

Я.Т.: так Франції вже практично понизили, і не через це, а через те що вона у кризі вже півроку. Просто Сарко і Ко це приховували майстерно. Там ситуація вже така ж як і у Італії/Іспанії майже.

О.Х.: Що скажеш про можливість другої хвилі кризи?

Я.Т.: Простенько, але вірно – всім кранти!

О.Х.: А на скільки вірне припущення, що економіка – відповідає законам теорії самоорганізації і що намагання контролювати – це все одно що з парасолькою проти урагану?

Я.Т.: Та немає вже ніякої самоорганізації давно! Самоорганізація економіки свого часу призвела до Великої депресії. Потім настало панування поглядів поміркованого втручання держави у економіку, кейнсіанство. Після 2ї світової знову трохи послабили держрегулювання. А на початку 80-х захавали нову кризу – і знову держрегулювання. Потім з початку 90-х знову трохи поліберальствували, і в кінці 90-х знову криза. З 2001 – знову свобода.

О.Х.: Словом, лібералізація – гаплик?

Я.Т.: Ну бачиш же – в 2008 знову проблеми почалися. В 2010 припинилися наче. Але тепер по новій. Тепер держрегулювання вже не допоможе. Вже нічого не допоможе.

О.Х.: Разваліть і пастроіть наново?

Я.Т.: Щось типу такого. Просто ці цикли «свобода – криза – держрегулювання –свобода» скорочувалися кожного разу все більше – експоненційно практично. Криза початку 1930-х була фактично першою подібною у глобальному капіталізмі з початку його існування – тобто з 18-19 століття десь. До наступної такої структурної кризи пройшло вже менше 50 років. Потім – менше 20, потім 8, тепер от – 2. Далі вже рухатися нікуди.

О.Х.: То це виходить, що потрібно нову економічну систему – не капіталізм?

Я.Т.: В цілому суть проблеми не в капіталізмі, як моделі господарювання, а у грошовій системі, заснованій на борговому фінансуванні. Тобто це лише один із аспектів, а так з капіталізмом наче все ок.

О.Х.: Як ти це розумієш, то імовірно, що інші теж – то чого траблюють?

Я.Т.: Не траблюють, просто існуюча модель вигідна більшості боржників і, як це не парадоксально – до них прив’язані і кредитори: Китай, Німеччина ті ж самі.

О.Х.: Ну тобто, золотий запас – зросла кількість людей, інтенсифікація обмінів, інші форми – віртуалізація грошей. Тепер це накривається, потрібно ж шукати нову грошову модель, а так просто в пропасть…

Я.Т.: Та «пропасті» не буде, але потрусить цього разу мабуть більше ніж у 2008. Можливий вихід – розпад ЄС і дефолти країн-боржників, дефолт США.

О.Х.: Типу просто зміняться боржники-кредитори?

Я.Т.: Ні, не зміняться, дефолт же значить повна неможливість відповідати за своїми зобов’язаннями і відмова від них. Це у свою чергу унеможливлює залучення нових кредитів, валюта цієї держави перестає щось значити поза межами держави. Грубо кажучи – вони зі світової економіки випадають надовго.

О.Х.: Аргентина ж після дефолту 2001 ніби не на стільки довго випала?

Я.Т.: Як це? вона досі там!

О.Х.: Виходить, що країна після дефолту має змінити структуру економіки, оскільки не може робити ставку на ті галузі які були – і або інноваційно розвиватися, або довго виходити на колишній рівень та заново?

Я.Т.: Питання не в тому як вона це зробить – питання в тому, що тепер вона може розраховувати лише на той капітал, який вона заробила сама, бо зовнішні ринки капіталу для неї закриті. А у сучасному світі кредитів на покриття кредитів – це все одно що позбавлення повітря! Тобто ріст економіки у них буде, але дуже повільний, порівняно з тим, який міг би бути при необмежених зовнішніх ресурсах, а у випадку з деякими країнами – без зовнішніх ресурсів вони взагалі не зможуть існувати і повернуться до напівколоніального стану. Я думаю ти розумієш, що це значить в політичному плані.

О.Х.: Немає кредиту, немає грошей для модернізації, немає модернізації виробництва – немає грошей для розвитку, немає розвитку – немає самостійності, арена для вирішення іншими своїх справ на цій території…

Я.Т.: Країна в дефолті нагадує конячу упряжку на перегонах «Формула-1».

О.Х.: То виходить якщо Китай пропонує Україні побудувати у нас фермерства – то це вже ж колоніалізм в певній мірі?

Я.Т.: Ні, це поки ще капіталізм у крайньому його прояві – глобалізм. По ідеї ми у такому випадку отримуємо їх передові технології (LOL!) і людський капітал. «LOL» у плані, що для нас Китай це вже передові технології.

О.Х.: Якщо на наш завод, встановлюється нова технологія (хоча б Китай), то логічно – що ці технології у нас лишаються. А якщо ж вони створюють завод самі – то яким чином ми маємо доступ до їх технологій і людських ресурсів… Можна навести приклад того ж Китаю – але ж там працюють китайці, тобто йде навчання. А якщо у нас будуть працювати китайці – словом, де профіт?

Я.Т.: Ну а тут щоби вести справи китайці завезуть свою техніку, насіння, саджанці, запровадять свою модель ведення справ, будуть платити податки з земель, які стоять пусткою. Не тільки грошовий, але й інноваційний профіт частково теж – у них ж з їх густотою населення технології ведення с/г знано інтенсивніші, інфраструктура знову-ж таки.

О.Х.: Але, це при можливості доступу до них і змоги подивитися як те працює.

Я.Т.: Ну якось же держава має то контролювати, інакше там буде Китай!

О.Х.: У нас щодо цього якось контроль мало ведеться…

Я.Т.: Просто там немає грошей поки. Як тільки гроші з’явиться – чиновники тут як тут нависнуть! Особливо місцеві, особливо у регіонах, які грошей зроду не бачили!

О.Х.: Політекономія – наше всьо!

Я.Т.: Політболтологія.

О.Х.: Ну не зовсім, британська школа політології заснована на економіці.

Я.Т.: А! От ти про що! Я про український досвід only. В цілому, політекономія не має подобатися, бо це дуже теоретизована і загальна річ. От макроекономіка – дуже гарна річ! Фінанси ще нічого, фінансовий ринок.

О.Х.: Ще економічна історія…

Я.Т.: Економічна історія це по суті і є прикладна макроекономіка! Так, бо можна побачити за глобальними процесами дещо більше, ніж примхи схиблених політичних діячів.

О.Х.: А яку порадиш гарну книжку з економічної історії та макроекономіки?

Я.Т.: «Економікс» Макконнелла К.Р. Брю – це найкраще що є. Там дуже гарна теоретична викладка, яка підкріплюється великою кількістю фактичних реальних прикладів. Тільки з цією книгою треба бути обережним – вона досить об’ємна, і на даний час поки дочитаєш її – цілком може статися, що ці знання вже тобі й не знадобляться,зважаючи на recent events. Просто там описаний класичний неоліберальний підхід у його практично ідеальному стані, досвід якого США і світова економіка переживали у період від завершення 2-ї світової до початку 1980-х десь. І є велика кількість перевидань, її потім ще дописували після виходу першого видання разів 20. Так що останнє видання десь 2007 року має бути. Ще є Пол Самуельсон, автор теорії неокласичного синтезу (міксу економік) – він навіть отримав за це Нобелівську премію. Але у «Економікс» його теорія просто більш user-friendly викладена.

О.Х.: Неймовірно дякую! За пару годин цілий експрес-курс економіки вийшов!

17.08.2011

40 лет до этого


Как уже было видно, я заинтересовался творчеством Клода Лелюша. Но у меня возник вопрос – как же стоит смотреть его работы: по поднятым темам (в начале я именно так и сделал, посмотрев цикл «Мужчина и женщина») или же как-то иначе? Выход оказался чрезвычайно прост – по хронологии. Уточню, что вопрос алфавита отпал, так как не смог определить по какому же алфавиту считать – латинскому или кириллическому. Итак, просмотр начался и теперь я остановился на фильме «Приключение – это приключение» (1972).

Вначале, я думал что это будет просто очередным обзором фильма, но поднятая Клодом Лелюшем проблема и мой специфический взор, не оставили возможности не поделиться своими рефлексиями.

Фильм чрезвычайно хорош. Если в прошлом обзоре я немного попрекал режиссеру за то, что он больше уделял внимание искусству, нежели общественно-политическим проблемам, то стоило начать смотреть этот фильм, который прекрасно сочетает как юмор, так и острые проблемы. Сложно сказать, это совпадение или же что-то в этом есть большее, но «Приключение – это приключение» (что и заострило мои рефлексии) также начинается с темы судебного процесса, политического процесса. Хотя, как мы будем видеть дальше – это очень тонкая ирония общества, нежели декларация.

Сказать, что этот фильм о политике – не будет верным, ибо он о человечности. Клод Лелюш изумительно подчеркнул переворот человеческого сознания, когда общество потребления (это говорится в фильме прямым текстом) превратило политику в шоу-бизнес, в чистую коммерцию. Но фильм фиксирует не просто общественное изменение, он фиксирует упадок человеческого естества, когда социализм (и другие доктрины), права женщин становятся прикрытием для пиршества капиталистов. Капиталисты стали более изощренными, а старые марксистские лозунги больше не действуют. Прибыль и рынок, беспринципность в глазах людей рисует нам Клод Лелюш и с ним сложно не согласиться.

Ярким примером деградации надежд выступает сцена, где Альдо издевается над портье (хоть и во сне – но от этого картина становится еще более ужасающей), фраза, которая является ярлыком обездоленных это не «свобода!», это «кто у нас патроне?!». Политика захватило все, даже шоу-бизнес. Певец Холидей платит деньги за инсценировку своего похищения, якобы связанную с политическим мотивом его песен. Политика стала ярчайшим выражением людского притворства – посол благодарит своих освободителей, а в следующем кадре их проклинает; молодая жена посла Швейцарии гримасничает на телевидение, и в то же время забавляется с ровесником.

Апогеем деградации человечества является фраза, произнесенная одним из героев: «Следующую войну также сделаем, все подохнут и никто не победит!». Отсутствие победы, вечная трясина стала символом ненасытности. Именно эта ненасытность, отсутствие чувства голода, результативности и эффективности стали новым идеалом.

Доведя ситуацию до абсурда, Клод Лелюш остается верным своему диагнозу, который он поставил человечеству. Его герои не только минуют гибель, но и распространяют свою деятельность в континентальных масштабах.

Всепоглощающую безнадежность борьбы без борьбы – это не выдумка, мы ее видим из своих окон (домов или компьютеров), на улице вот уже больше 20 лет. Борьба стала самоцелью, потеряв идею и всякий смысл.