Архив метки: социальный бизнес

Волонтерство — высшая степень эгоизма


filmadelphia.org

Сейчас поднялась большая волна волонтерства, я бы даже сказал, что не волна, а целое цунами. Можно обманывать себя и считать, что это проснулось самосознание, коллективный долг, национальная самоидентификация и люди стали понимать какие-то глобальные процессы, пытаясь сделать мир лучше. Это даже записано в ЗУ «О волонтерстве» записано, что эта деятельность базируется на принципе бескорыстия. 

А можно остаться реалистами и разобраться, что за этим стоит. 

Конечно, существуют общесоциальные предпосылки для этого явления — основные среди которых это: 

  • крах старой системы институтов — старая система жизнеобеспечения больше не может выполнять своих функций, поэтому открылась возможность для ее замены (кадровой и/или смысловой); 
  • наличие индивидуального потенциала — во время процесса краха предыдущей системы, все же, сложились условия для формирования ресурсов (интеллектуальных, финансовых, технологических, сетевых и других). 

Таким образом, как не парадоксально, но складывается поразительно плодотворная почва для такого явления как «волонтерство». 

Я же определяю волонтерство, как добровольное желание заменить не функционирующие социальные институты путем предоставлен и я своих ресурсов. С одной стороны кажется, что это исключительно благотворительная и бескорыстная инициатива. Но это не совсем так. 

Чтобы разобраться в этом, посмотрим на причину, которая побуждает людей стать волонтером — желание создать комфортную для себя социальную систему.

В первую очередь, волонтер беспокоится о своей личной выгоды от реализации нечто большего, хоть это и приносит побочный эффект — некоторое улучшение для близких волонтеру групп. Так как волонтером движет личная выгода, он не надеется, что кто-то сделает что-либо вместо него и он не будет ждать, когда будут условия, а старается создать их сам.

Возникает вопрос, если волонтерство — это не прямой акт альтруизма, то что это? Ответ весьма простой — это инвестиции в развитие важных институтов, которые будут обеспечивать комфортную для волонтера жизнедеятельность. Вкладывая сейчас свои ресурсы (включая время), волонтер надеется, что получит назад инвестиции в виде улучшения существующего окружающего порядка и / или замены недееспособных систем.

Итак, волонтерство — это:

  • добровольное решение; 
  • инвестиции ресурсов (время, соответствующие знания и пр.);
  • высокая мотивированность в результате, если преобразования действительно очень важны для волонтера;
  • наличие побочного эффекта в виде общей социальной выгоды;
  • ожидания личной выгоды от проекта.  

Таким образом, волонтерство имеет смысл исключительно, если вы видите свою личную выгоду.

А что Вы думаете по этому поводу?

Реклама

Инсталляция


На днях Савик Шустер сказал прекрасную фразу: «у нас 46 миллионов политологов». Т.ч. каждый может дать совет и знает, как надо жить, кому какие должности и прочее. Поэтому, я тоже дам свое видение, а оно совершенно простое.

Если все сильно упростить, государство — это общепринятые договоренности, которые соблюдаются всеми. Если еще проще, форма государства — это операционная система (ОС) общества, которая фиксирует правила и нормы поведения всех участников данного сообщества. Какие именно условия жизни в обществе — это уже конкретный набор программ, которые делают жизнь лучше.

Когда появляется новая ОС — регулятор процессов — она управляет только самым главным. Основных программ — нет, они потом подтягиваются по мере разработки. Вспомним, хотя бы как развивался Android.

Итак, ОС  — единые правила игры. Программы — реформы. 

Так вот, для меня ОС, как приверженца либертарианства, — это локальные самоорганизованные солидарные сообщества. Именно это и есть в моем понимании та ОС, которая должна быть установлена.

Что касается, ПО — это вопрос второй очередности. ПО разрабатываются с поправкой на ситуацию, дополняется, отменяются. Это результат потребительского опыта и новых потребностей. Скопом это не решается.

В общем, как сказал Ноам Хомский: «Нам не нужны герои, нам нужны работающие идеи«.

Вот еще несколько идей по этом поводу:

Зачем нам майданы?


Учитывая, что мой пост об интеграции до сих пор актуален, подозреваю, что и эта тема еще только набирает свою актуальность.

Для чего нам нужен майдан?

В эру цифровых технологий и моды на «большие данные», казалось бы, собирать идеи и выражать общие тенденции проще простого. Но в социальных коммуникациях необходим обмен энергетикой и физический контакт. Ни один другой способ коммуникации не дает ощущения принадлежности к массовой воли. А это для нас очень важно — чувствовать, что мы не одни, а значит — свободны и правы. Поэтому, майдан — несмотря на время, такой же актуальный.

Чего надо ждать от майданов?

Довольно простые, но трудные вещи:

  1. Организация. Это must have. 
  2. Ответ на простые вещи: почему мы пришли, зачем мы пришли, что требуем, от кого требуем, как узнаем что цель достигнута. 
  3. Фильтр от политической символики. Она лишняя, правда. 
  4. Четкие мэсседжи-ценности на каждый отдельный раз. Мне часто говорят, что ценности — это не главное. Да нет, главное это то, что вы делаете, дома, каждый день и час, а не требуете. То, что вы цените и исповедуете на примере. Только это имеет значение. 
  5. Программа, как внедрять эти ценности дальше, в обычной жизни. Я вижу это через объединение на лестничной площадке, в рамках подъезда, в рамках дома, квартала, улицы, района и так дальше. 
  6. Определиться что конкретно готовы делать вы и взять на себя ответственность за это. 
  7. Самый эффективный способ добиться изменений — показать пример своим детям, чтобы они выросли Личностями. 

UPD. 24 ноября я понял, что людям не нужна «большая идея». Каждый вышел со своей идеей. Объединило людей одно — невозможность государства исполнять свои (сервисные) функции. То есть, мы столкнулись не с проявлением конкретной проблемы, а с системной проблемы. Смена лиц ни к чему не приведет, если не будет смены системы, которая отвечает потребностям людей. Далее краткие тезисы, конкретизирующие подход к смене системы.

Три варианта системных изменений:

  • возглавить и реформировать;
  • свергнуть и трансформировать;
  • разложить систему с помощью социального вируса, когда в системе не нуждаются больше она отмирает.

Все уже придумано до нас. Общество, как мне кажется, созрело к готовности потреблять социальное предпринимательство. Построение альтернативных государственных сервисных служб, начиная с локальных платформ, — единственный способ разложить и заменить систему.

В идеале, это выглядит так:

  1. Выбирается территория, свободная от уПыРей;
  2. Формируется на ней сообщество;
  3. Создаются оборонительные пункты — включая приглашенные войска;
  4. Развивается автаркия (оптимальное развитие ресурсов и взаимопомощь);
  5. Устанавливаются экономические связи с другими ТНК и странами;
  6. Новое государство.

Это все описано в работе П.Кропоткина «Взаимная помощь как фактор эволюции» (1907).

Если подитожить:

  1. Татьяна Монтян абсолютно права: «чтобы победить институт – необходим другой институт».
  2. В публичных, особенно политических, коммуникациях одна из первых позиций, которую необходимо учитывать – «как проект могут использовать против его инициаторов». Следует помнить, что все попытки «напролом» взять власть – будут расценены, как переворот. Такие заявления от действующей власти будут способствовать делигитимизации процесса. Это, в свою очередь, будет затруднять процесс построения отношений с Западом.
  3. Форма общественных связей изменилась, поэтому модели столетней давности (центральные, установочные и прочие советы) не будут адекватно работать в новой реальности. Современные связи – это концепция grassroots – модель демократии в США (grassroots democracy) сейчас на ней построена и там основной уровень политической победы. Вкратце — работа с нижним уровнем политического выбора: inbound в политике – заинтересовать, вовлечь и привести на участок. Именно там делается выбор и победа, а не на национальном уровне. Это тонкости политического процесса, которым должны владеть консультанты и политики. Есть центральная идея, а дальше – mlm
  4. Чтобы создать институт, который сможет заменить не действующий институт – необходимо создать альтернативные сервисные службы, которые не выполняет государство, а также сразу же решить вопрос обороны новых общественных институтов. Это должен быть не столько легальный (законный), сколько легитимный (признанный сообществом) процесс. 
  5. На уровне имплементации – это фактическое создание новых институтов за счет перераспределения ресурсов, которые раньше шли на старые институты. По мере увеличения мощности новых институтов, вливания в старые прекращается. И они в итоге отмирают. Это концептуально, на уровне внедрения — основной акцент на локальные платформы. Пример, львов и Садовой.
  6. «Альтернативные сервисные службы» – это: коммунальные службы — ОСББ, охрана порядка (органы внутренних дел) — система дружинников, суды — третейский суд (от ТПП). Это для примера. 
  7. На сколько лет программа по внедрению рассчитана? Все зависит от готовности к взаимопомощи граждан, их уровня солидарности. Пример Львова вдохновляет — когда мэр фактически вместе с городским советом автономно живет от центральных органов власти. Вся эта система должна была строиться на партийных локальных группах и системной работе с округами. Я стою на том, что изменения могут быть только с локальных групп, там легче внедрить и нести дальше, менее затратное действие с т.з. социальной энергии. Плюс — так система более прочной становится. По аналогии с развитием общества или компании. 

«Старт-ап»-истерия или новые авантюристы


Когда-то меня очень задел вопрос о происхождении казачества, формирования их как новой социальной группы. Эта тема заинтересовала меня через несколько причин: во-первых, существует довольно большое количество исследований, во-вторых, уникальность события (социальные разломы, стык эпох и пр.), в-третьих, очень много неясного.

Среди множество работ, которые я просмотрел за несколько лет погружения в проблему, мне попалась одна, автора которой, к сожалению, я не записал, но благодаря курсу Наталии Юрьевны Крывды, я готовил работу «Социокультурная роль казачества», в которой сохранились некоторые записи неизвестного мне уже автора. А касались они выделению черт авантюристов и характеристики эпохи, в которой возникла эта удивительная категория людей. Перечитав этот текст, я понял — речь идет о тех, кого называют «старт-аперами».

И вот почему:

  • авантюристы появились во время переходного периода — от средневековья к раннемодерной эпохе;
  • авантюризм заключался в поиске быстрого обогащения и обеспечение первичного накопления капитала;
  • в это время происходило открытие новых земель (например, американский континент);
  • протекала также массовая эмансипация трудовых ресурсов (религиозные, национальные угнетения толкали людей на эмиграцию — Америка на Западе, «свободные» просторы степи на Востоке);
  • новые социальные группы становились реформаторами социально-экономических отношений (новый способ производства) на Западе, а беглецами на Востоке;
  • репутация «авантюрист» на Западе и «казак» на Востоке стала почетной;
  • для авантюристов становил мотивом служил экономический интерес, который было тождественен свободе;
  • авантюристы стали носителями социального прогресса, поскольку для обретения материальных ценностей необходимым было развитие талантов, инициативы, требовательности к себе и другим, бережливости и осторожности. При этом, поскольку их двигал экономический интерес, у этих авантюристов развилось чувство эффективности, ведь попыток на ошибку в те времена не могло быть много и требовалось «играть наверняка», при сохранения риска;
  • авантюристы были открытой социальной группой — в их ряды вливались  наиболее трудолюбивые, энергичные люди, а с их рядов выходили неудачники и случайные люди;
  • авантюрный эгоизм не исключает, а скорее предполагает пользу другим людям;
  • авантюристы не очень жаловали насильнические методы приобретения материальных благ (этому, в частности, способствовало формирование и популяризация новой социально-этической формы общественного сознания — протестантской этики).

Как видим, фактически, речь идет о формировании нового способа мышления, ключевым качеством которого является вызов старым формам социально-экономической организации, которые перестают работать или открывают возможности для новых форм.

Упрощая и за ведома идя на ошибки, чтобы показать наиболее существенное, мы видим следующую картину:

  • сначала было открытие новых форм и накопление капитала — условные феодалы были готовы платить за «новые» ценности, которые доставали авантюристы (вспомним Фрэнсиса Дрейка и Америго Веспуччи);
  • потом был период уплотнения капитала, формирования фабрик, которые раздавили мануфактуры и предприниматели-авантюристы (кто не сумел) превратились в пролетариат;
  • за этим шел процесс формирования банковской системы, одним из факторов развития которой, как раз, стали владельцы фабрик; но банки также стали давать кредиты физлицам, что и повлекло развития предпринимателей, что в конечном итоге, вместе с другими факторами, повлекло развитие экономики услуг;
  • как закономерный процесс, происходило укрупнения банков, компаний, развитие межгосударственной торговли и формирования транснациональных корпораций, которые; прошлые предприниматели стали менее конкурентными на рынке, уступая долю рынка (а собственно и прибыли, что трансформируется в возможности). Появились фондовые биржи, которые заменили привычные банки и вывели взаимоотношения на новый уровень;
  • эти же транснациональные (как и национальные с других стран) стали настолько значительными, но неповоротливыми. Возникла новая проблема — избыток финансовых ресурсов и проблемы с реализацией новых возможностей. Решение появилось быстро — венчурные фондычастные инвесторы и новые формы предпринимательства, которая теперь называется «старт-апом» (хотя по сути это те же авантюристы-предприниматели);
  • далее мы будем наблюдать процесс укрупнения прошлых «старт-апов» и формирования новых форм экономических отношений, но это уже другая история (нечто подобное мы уже наблюдаем)

Разница между авантюристами прошлых веков и «старт-аперами» практически отсутствует и вот почему:

  • одинаковое время появление — смена эпох: переход от экономики услуг к экономике влияния / эмоций;
  • поиск форм капитала — материальные блага в прошлом и репутационный капитал сейчас;
  • открытие нового — теперь уже не земель, а новых возможностей (например, виртуальный мир);
  • гнет старых форм и «корпоративной культуры» открыл возможность для новой эмансипации — «работы на себя», эмиграция с одного сообщества в другое сообщества / поиск более доступных форм для предпринимательства (визы для предпринимателей) / референтную группу или даже вторичную реальность;
  • новые сообщества, как и их предки, являются более мобильными, инновационными — реформаторами общественных связей и экономических форм;
  • репутация «старт-апера», как и раньше «авантюриста» стала почетной;
  • экономический интерес, как тождество свободы — сохранился;
  • практически все те же навыки, что и для авантюристов, присущи и старт-аперам: инициативность, самодисциплина, рискованность, чувство эффективности и др.;
  • «старт-аперы» также открыты, как и авантюристы прошлых эпох, и они так же не любят пессимистов и «лузеров»;
  • если авантюристам был присущ экономический эгоизм, как польза для других (не могли же они производить сами для себя), то сейчас это трансформировалось в понятие социального бизнеса, что, в общем, очень схоже с предыдущей концепцией;
  • если говорить о насильственных методах — сейчас это монополия и государственное вмешательство, что не очень связано с инновацией и прорывами, т.ч. и в этом авантюристы схожи со «старт-аперами».

Когда я исследовал казачество, встретил очень интересную мысль, что это не столько социальная группа, сколько самосознание и мировоззрение. По-моему, это также применимо и к «старт-аперам». Возможно, и я в это верю, они со временем станут новым «средним классом», ведь для меня, это не столько количественная, сколько качественная характеристика.

Что же, я не понимаю, почему так быстро прижилось слово «старт-ап» и почему редко этих людей называют предпринимателей, как будто бы это совершенно разные формы занятости.   По сути — это одно и то же. Слово уйдет и ему на замену придет другое, «сатарт-ап»-истерия угаснет, а потом появится новое слово, и новая истерия.

Киевский вернисаж


Kulturplatz

День начался с моего путешествия в кино. Этот кинотеатр хоть и находится не в таком выгодном для меня положении, как другие, но все же от него веет особой историей, расположен он в очень уютном месте, которое к тому же сейчас сопровождается аккуратным парком. Также с этого кинотеатра открывается отличный вид на церковь и склоны Киева. Но самое прекрасное – это хорошее кино и удобные кинозалы. Даже простая прогулка в эти места уже хорошее событие, не говоря уже о фильме, который я посмотрел – «Кого я хочу больше». Но фильм имеет свою историю, так что о ней лучше рассказать отдельно.

Зайдя в привычный отдел продаж билетов, я только сейчас понял, что его там больше нет, но здесь теперь находится кафе, которое раньше было в другом месте. Вместо кафе – отдельная терраса, открытая для различных событий. Что ж, как и кино, кинотеатр живет, развивается и становится целым культурным центром. Не смогу удержаться, чтобы не процитировать Людмилу Горделадзе: “Это правда, культура – объединяет, создает сообщества, клубы любителей и т.д. А так, без культуры, и соседи, и коллеги, и горожане (киевляне), чужды (чужие) друг другу. НЫНЕШНЯЯ ВЛАСТЬ, похоже, обдуманно лишает киевлян культуры. Выселенные галереи, закрытые музеи и кинотеатры, замордованные маленькие театры, – неполный список преступлений против культуры. И – НИЧЕГО не создано и не ПОСТРОЕНО нового в культуре. (Кроме детского кукольного, да и то, это исключение, основанное на амбициях Омельченко и Быструшкина, уязвленных Рабиновичем, отобравшим у города театр-синагогу и не построившим взамен ничего, только подтверждает правило).”

Часовой

Дальше мой путь устремился к еще одному арт-объекту, но перед этим я обнаружил небольшой, камерный магазин цветов, подсвечников и часов. Так много настенного времени в одном месте я еще не видел! Все они были удивительных не повторных форм, а их мелодия сливалась в единую симфонию, которая проникала во все уголки этого магазинчика, и от которой все статические предметы оживали и словно начинали кружиться в удивительном танце – это было восхитительно, я словно перенесся в диснеевский мультфильм «Красавица и Чудовище»!

Умиротворение

На этом мои приключения не закончились, и я внезапно оказался в монастыре. Когда весь город кипит, спешит и шумит, это было настолько тихим и умиротворенным местом, что кажется весь мир наполнен чистотой и гармоней, непоколебимым ко всяким невзгодам и мирским проблемам. Невероятно, что в таком безумном мире еще остались уголки, в которых всегда можно приобщиться к красоте простоты и вечности гармонии.

Песчинка

Еще через несколько сотен шагов я практически подошел к месту, к которому направлялся. С первого мгновенья, когда еще вечером в одну из прогулок, я увидел этот храм, я обомлел – настолько огромным и нерушимым он мне казался. Мгновенно я ощутил себя маленькой песчинкой перед этим монументальным памятником эпохи. Вот-вот и все развеется, и я вместе с другими такими же песчинками, лишь этот храм останется непоколебимым. Мне очень хотелось заглянуть внутрь, и проверить, как же себя чувствуешь внутри – таким же незащищенным, или как-то иначе. Войдя внутрь, предо мной раскинулся грандиозный вид – это было необъятное сооружение, краев которого сложно было разглядеть. Высота храма также была безмерной, и действительно складывалось впечатление, что с этого места вот-вот подать рукой! Во всем этом здании византийской архитектуры чувствовалась неимоверная сила, безопасность и гармония, не важно, что могло происходить за его пределами, – тут я чувствовал себя абсолютно спокойно. Время как будто бы перестало существовать, и этот сладостный миг мог продолжаться аж до полного обретения внутренней силы…

Культуртрегеры

И вот, наконец-то я пришел к Гостиной республике. Это место, и люди в нем действительно были приветливыми, а то чем они занимались, и продолжают заниматься полностью совпадает с моим манифестом.

Вот только у меня остается после этого огромный вопрос. Почему требуется ждать большое количество времени, необходимо так долго ждать, чтобы организовать что-то подобное? Ведь, по правде говоря, это здание стояло мирно и спокойно, пока его не начали отбирать – и только потом оказалось, что его так можно использовать и есть огромное количество талантов, которые могут так себя реализовать?! Как всегда, сработала жадность, – людям всегда интересно то, что становится интересным еще кому-то. Неужели люди настолько безразличны, что не могут самостоятельно направлять свою творческую энергию?

 Врут лозунги, которые говорят об отсутствии креативного класса – у нас совершенно другая проблема: отсутствие триггеров креатива.

 Внесоциальный бизнес

 Я продолжил свой путь по Андреевскому спуску – с первым визитом после «реконструкции». Предыдущий раз, когда я там был, это было похоже на место военных действий, двери заколочены, кафе и галереи закрыты, техника повсюду громоздила окопы, как будто готовясь к наступлению войск. От места любования и культурного времяпровождения больше не осталось и следа…

В этот раз предо мной предстал другой Андреевский, хотя и не такой, каким бы его хотели видеть участники Публичной сети Андреевского спуска. Брусчатка хоть и не аутентичная, но довольно приличная, здания покрашены и убраны. Казалось, все налаживается, – пока я не прошел дальше. На месте сокрушенных зданий красовалась огромная растяжка с обозначением места «раскопок». Чуть дальше – такие же «занавески», но уже без каких-либо пояснений.

История с Андреевским спуском это хороший пример огромных глупостей, которые также нашли свое предложение и в ситуации с Гостином двором и другими объектами Киева.

Сейчас тема КСО стала очень модной. Я б даже сказал гламурной – красивые книжечки с красноречивым названием «отчет социальной ответственности» стали предметом гордости для истинного топ-менеджера. Но что же собой представляет пресловутые буквы КСО?

А ничего другого, как долгосрочные инвестиции в будущее организации. Теперь КСО – даже не репутационная составляющая, это стратегическое направление бизнеса. Поэтому, бизнес не может ограничиваться отдельными имиджевыми акциями, а должен тщательно планировать, разрабатывать и реализовать КСО-программу, если хочет успешно и эффективно работать на протяжении нескольких десятков лет, и развиваться дальше.

По моему убеждению, существует пять стратегических блоков КСО-программ:

1. Таланты и демография;

2. Возобновляемые ресурсы и экология;

3. Покупательная способность и социальная устойчивость;

4. Национальная экономика и форсайт.

5. Локальные вопросы бизнес-ареала и инфраструктура.

Совсем не обязательно каждой организации заниматься абсолютно всеми направлениями – это зависит от вектора развития и стратегического потенциала. Также не верно будет, если организации не будут объединять усилия в тех отраслях, где их интересы и приоритеты совпадают.

Не берусь утверждать, но рискну предположить, что следующее разделение труда – это разделение стратегических инвестиций.

Близок КСО и отдельная отрасль – социальный бизнес. Считается, что это сфера деятельности не может приносить доход, что, несомненно, является огромной ошибкой. Ведь задачей социального бизнеса является выполнение социального заказа. В зависимости от модели социального государства, исполнители могут отличаться – это могут быть и государственные институты, и общественные организации и инициативы, а также коммерческие структуры. Так или иначе, схема работы этой отрасли похожа.

Вначале формируется запрос граждан, скажем на качественную воду. Далее этот запрос выражается в конкретной программе – или партии, или обслуживающей государственной службе, или коммерческом исследовании. После этого формируются пул исполнителей и проектных решений. И лишь потом выбирается конкретный подрядчик. Общество платит за то, в чем ого нуждается, а цена определяется согласованием сторон, как на обычном рынке.

Возьмем другой пример – старые дома в городе. Я уверен, что у общества есть запрос на их реставрацию, обустройство. Также уверен, что есть компании, у которых есть ресурс выступить подрядчиком. Из этого мог получиться отличный пример совпадения интересов. А если учитывать, что домов очень много, и некоторые совсем не представляют культурного наследия – это можно использовать для реализации инновационных решений, оживляя малопрестижные районы, и инвестируя в новую добавочную стоимость. Мне кажется это стратегическое направление.

Луч солнца

Посмотрев на эту печальную картину, я не заметил, как оказался на Пейзажной аллее. Это прекрасное и безумно красивое место я впервые увидел где-то пять лет назад – и оно мне сразу понравилось! Потом были проблемы и очень радостно, что киевляне и гости столицы проявили чувство собственного достоинства и проявили свое право на свой город. Так приятно было увидеть, как на «Пейзажке» культурно и мирно отдыхает большое количество людей – кто-то играл в футбол, кто-то играл на гитаре, или играл во фризби. Здесь всему нашлось место – и собакам, и детям, и мыльным пузырям, и компаниям друзей.

Солнце заливало аллею золотыми лучами, ветер играл завораживающую мелодию. Ветер напевал прекрасную мелодию, наступал вечер…